В начале ХХ века жил великий провидец, который сумел заглянуть в будущее своей родины. И, что самое важное, история, к сожалению, засвидетельствовала достоверность его предсказаний.
Имя генерала Валентина Александровича Мошкова, действительного члена Русского Географического общества и координатора Общества археологии, истории и этнографии при Казанском университете, не вошло в нынешние энциклопедические словари, хотя он и оставил значительное творческое наследие. Особенное место в нем занимает изданное в 1907-1910 годах двухтомное фундаментальное исследование «Новая теория происхождения человека и его вырождения, составленная по данным зоологии и статистики».
В этой работе Валентин Александрович Мошков предрек основной ход российской истории до 2062 года. Что интересно, в своем предсказании Мошков не исходил из «откровений», которые были получены неведомо откуда, а опирался на значительный научный фундамент.
Как следует из его теории, в своем историческом развитии все большие и малые государства и народы совершают «непрерывный ряд оборотов», которые он назвал «историческими циклами». Каждый цикл у всех народов без исключения продолжается ровно 400 лет. Машков считал:
«Через каждые 400 лет своей истории народ возвращается к тому же, с чего начал».
В свою очередь, четыре века такого цикла он называет соответственно золотым, серебряным, медным и железным. Сам же цикл он делит на две половины по 200 лет: первую — восходящую, в которой преобладает «прогонизм», то есть стремление к «высшему типу», и вторую — нисходящую, или «атавистическую».
В первой половине цикла «государство растет и крепнет и ровно в конце 200 года достигает максимума своего благополучия, а потому этот год можно назвать «вершиной подъема», а во второй половине оно клонится к упадку, пока не достигнет в конце цикла его пика. Затем начинается первая восходящая половина нового четырехвекового цикла».
Однако и это еще не все, так как каждый век делится на два полувека по 50 лет, которые отличаются своим характером. Первая половина знаменует упадок, вторая — подъем, за исключением последнего четвертого, представляющего «сплошной упадок».
Следовательно, по схеме Мошкова, в каждом историческом цикле из 400 лет подъемы и спады постоянно чередуются и продолжаются не более 50 лет.
Границы же между циклами, веками и полувеками в большинстве случаев «ознаменованы событиями, характер которых резко отличается от предыдущего направления государственной жизни, что позволяет определять в истории каждого государства даты начала и окончания его цикла».
Давайте сопоставим теоретическую схему Мошкова с конкретной историей России. За начало первого исторического цикла он взял 812 год, когда вожди полян, ильменских славян, радимичей, кривичей и ряда других племен заключили союз, объединив свои земли в первое древнеславянское государство – Киевскую Русь.
Таким образом, в 1612 году у России начался третий 400-летний цикл, который продлится до 2012 г. Вначале в нем был золотой век — до 1712 года, затем серебряный и медный — соответственно до 1812-го и 1912-го, а затем наступил железный век. Его первая половина до 1962 года должна быть временем упадка. Однако и вторая его половина — с 1962 года — не предвещает ничего хорошего, потому что завершает 400-летний исторический цикл.
Вот что писал сам Мошков в 1910 году о перспективе развития событий в России:
«Через два года, т. е. в 1912 г., мы вступаем в железный век… Читателю остается только наблюдать действительность и сверять с нею данные истории.
Для ближайшего к нам времени можно с большой вероятностью предсказать: постоянное вздорожание всех предметов первой необходимости и в особенности съестных припасов, которое будет усиливаться с каждым годом. В результате его последует расстройство финансовой системы и задолженность всех слоев общества, а особенно городских жителей и интеллигенции.
Промышленные и торговые учреждения будут банкротиться одно за другим и прекращать свою деятельность или переходить в руки иностранцев. В результате таких явлений начнутся голодовки, особенно среди беднейших слоев городского населения. Несмотря на помощь со стороны правительства и благотворительность, множество народа будет умирать от голода и от тех эпидемий, которые обычно сопровождают голод. Голодная чернь, доведенная до отчаяния не правительством, как у нас теперь думают, и не кем-либо из людей, а роковым процессом вырождения, будет искать мнимых виновников своего несчастья и найдет их в правительственных органах, в состоятельных классах населения и в евреях в западном крае. Начнутся бунты, избиение состоятельных и власть имущих людей и еврейские погромы. (В действительности произошла Октябрьская революция, за которой последовала гражданская война. – прим. автора статьи). Провинции, населенные инородцами, воспользуются этими замешательствами и будут поднимать то здесь, то там знамя восстаний, но все эти попытки нарушить целостность государства успеха иметь не будут…
Внешние враги также будут пользоваться нашими внутренними замешательствами и попытаются отобрать от нас часть территории. (В течение трех лет с 1918 по 1920 г. продолжалась иностранная военная интервенция. — прим. автора статьи). Может быть, они иногда и будут иметь удачу, но потери наши… будут незначительными. В войнах наших будут чередоваться победы с поражениями, и результаты их будут нерешительными.
Во всем остальном мы с каждым годом будем склоняться все более и более к упадку, и ничто не остановит этого могучего естественного процесса, невыразимо тяжкого и убийственного для нас и нашего ближайшего поколения… Во всем этом пальма первенства будет принадлежать интеллигенции и городским классам населения.
Все практикуемые в настоящее время попытки остановить или задержать усиливающийся мрак, невежество, преступность, пьянство, самоубийства, разврат, нищету и прочие естественные признаки упадка будут так же жалки и безуспешны, как попытка африканских дикарей стрельбой из ружей, битьем в заслонки и всяким шумом остановить затмение Луны.
В своих неудачах мы будем обвинять друг друга, избивать воображаемых противников Прогресса и тем бессознательно исполнять закон природы, требующий беспощадного взаимоистребления».
Нарисованная Мошковым картина не вселяет оптимизма. Тем более что и вторая половина железного века — с 1962 года — вместо подъема сулит «сплошной упадок».
Мошков так описывает его характерные черты:
«Его сущность состоит в постепенном ослаблении всех уз, связывающих между собой членов государства, и в стремлении его разложить на составные элементы».
Прежде всего исчезает любовь к правительству, за ней — любовь к родине, затем — к своим согражданам и, наконец, утрачивается даже привязанность к членам своей семьи.»
Но если бы все ограничивалось лишь утратой любви к органам власти и холодностью в родственных отношениях!
Не будучи марксистом, Мошков тем не менее далее рисует типичную картину действия закона отрицания:
«В порядке постепенности беззаветная любовь к правительству сменяется любовью или привязанностью к личности правителя.
Эта последняя уступает свое место полному равнодушию. Далее следует уже ненависть сначала к личному составу правительства, а потом к правительству вообще, соединенные с непреодолимым желанием его уничтожить. Когда упадок бывает очень сильным, это чувство достигает своего высшего напряжения, и тогда редкий государь умирает собственной смертью, все равно — хорош он или нехорош, виновен в чем-нибудь или нет. Ненависть в этом случае также дело инстинкта, а не разума, как любовь во время подъема».
В начале периода упадка, по словам Мошкова, «основными средствами борьбы объективно являются съезды и сеймы, дебаты и драки», а в конце его «бунты, революции и бесконечные междоусобные войны, сопровождающиеся разорением страны и избиением ее жителей».
Чувство патриотизма у народа в это время постепенно ослабевает, а потом вообще исчезает.
«Сначала широкий патриотизм, соединенный с обширной государственной территорией, сменяется более узким, провинциальным или племенным. Государство стремится поделиться на части, которые с течением упадка становятся все мельче и мельче. В это время измена царит во всех ее видах. Отечество продается оптом и в розницу, лишь бы нашлись для него покупатели…
Прежняя любовь и симпатии между соплеменниками заменяются ненавистью и всеобщей нетерпимостью. Кто может, разбегается тогда во все стороны, а остающиеся занимаются взаимоистреблением, которое принимает формы междоусобиц и драк всякого рода, сопровождающихся уничтожением имущества противников, грабежом, насилованием женщин, поджогами. Борьба ведется между городами, селами, разными слоями общества и национальностями, партиями — политическими, династическими или религиозными».
Вполне понятно, что в такой обстановке деградируют культура и искусство:
«Изучение наук сводится к бессмысленному зазубриванию мудрости прежних времен и к погоне за дипломами, дающими преимущество в борьбе за существование…
В литературную область врываются в качестве чего-то нового декадентщина и порнография. Охота к чтению исчезает.
Ученики испытывают чувство глубочайшего отвращения к учителям, как к инквизиторам — виновникам своего мозгового страдания…
У многих погоня за наслаждениями становится единственной целью жизни.
Люди делаются падки до всякого рода игр, в особенности азартных, предаются пьянству, употреблению всевозможных наркотиков, кутежу и разврату… Честность у людей исчезает, ложь и обман становятся добродетелями.
Имущество ближних возбуждает, кроме зависти, желание отнять его во что бы то ни стало, каким бы то ни было способом. Пускаются в ход вымогательство, шантаж, мошенничество, воровство и, наконец, просто грабеж… Одиночные шайки разбойников превращаются в отряды и армии, которые рыщут по стране в поисках добычи и никому не дают пощады, ни перед какими преступлениями не останавливаются…
Офицеры теряют чувство чести, энергию и уважение солдат».
Напомним, что все это было написано в 1910 году!
Но выглядит так, будто автор пессимистического прогноза живет рядом с нами, в наши дни, и делает этот прогноз на основании нынешних тенденций.
Что ж, железный век есть железный век — это не «золотой», не «серебряный», и даже не «медный». Причем Мошков предупреждает: между 2000 и 2012 годами надо ожидать период полной анархии, сходной с когда-то пережитым Смутным временем, которым и закончится исторический 400-летний цикл.
Так как затем наступит «золотой век», но его худшая половина, настоящего подъема при нормальном течении «общественной болезни» не будет до 2062 года.
«Участь, которая предстоит русскому народу в ближайшем будущем, конечно, печальна и при наших современных знаниях совершенно неустранима, а потому лучше бы было совершенно не знать ее.
Но, к счастью, вместе с законами исторических циклов для нас открылась истинная причина вырождения и безошибочное средство к его устранению. В наших руках есть верное средство, уже испытанное и указываемое нам самой природою, — обратить «железный век» в «золотой».
Но об этом мы поговорим в отдельной книге, которая последует вскоре за настоящей», — так завершает Мошков свой фундаментальный труд.
К сожалению, книга с рецептом спасения так и не увидела свет. Утешением может служить то, что рецепт этот есть, что не все так безвыходно. Если его смог увидеть царский генерал, ученый Валентин Александрович Мошков, то должны найтись и другие умы, которые откроют его нам.
Загрузка...
